Зараза к заразе (30 Seconds to Mars, Джен, Юмор, Флафф, Повседневность, POV, G)

Мы с Куртом возвращались с бара, когда зарядил весенний ливень. Дрожа всем телом, я спряталась за широкой спиной моего парня, стуча зубами от холода. Курт гнал как ненормальный, на бешенной скорости проезжая по лужам и ледяная вода окатывала нас до колен. Мокрые джинсы липли к ногам, тоненькая футболка промокла насквозь, заставляя трястись моё окоченелое тело ещё больше. Сомкнув руки у Курта на талии, я прижалась щекой к холодной напряженной спине, медленно считая до ста и пытаясь расслабиться. С распущенных волос вода стекала прямо за шиворот, собиралась в ручеек на позвоночнике и прямиком за пояс джинс, к попе.

Автор: Fry___
Фэндом: 30 Seconds to Mars
Рейтинг: G
Жанры: Юмор, Флафф, Повседневность, POV
Предупреждения: Нецензурная лексика, ОЖП
Размер: Драббл, 4 страницы
Статус: закончен
Описание: В доме Лето появилась ходячая бацилла.

Мы с Куртом возвращались с бара, когда зарядил весенний ливень. Дрожа всем телом, я спряталась за широкой спиной моего парня, стуча зубами от холода. Курт гнал как ненормальный, на бешенной скорости проезжая по лужам и ледяная вода окатывала нас до колен. Мокрые джинсы липли к ногам, тоненькая футболка промокла насквозь, заставляя трястись моё окоченелое тело ещё больше. Сомкнув руки у Курта на талии, я прижалась щекой к холодной напряженной спине, медленно считая до ста и пытаясь расслабиться. С распущенных волос вода стекала прямо за шиворот, собиралась в ручеек на позвоночнике и прямиком за пояс джинс, к попе.
Взяв крутой поворот, Курт остановил байк и повернулся ко мне:
— Малыш, беги домой, а то простудишься.
— Зараза к заразе не липнет, — отстучали мои зубы в ответ. С трудом разжав онемевшие пальцы, я на непослушных ногах слезла с байка и чмокнула посиневшими губами Курта в щеку. — Скоро увидимся?
— Через два дня, — он улыбнулся. – Беги, не стой под дождем.
Ещё раз поцеловав его, я пустилась к родному дому, в окнах которого уютно горел свет.

На следующий день
Завернувшись в плед, я сидя медитировала на диване. Главной моей задачей было уследить, что бы противные сопли не покинули пределы носа.
В кресле наискосок сидел Шеннон, со своей любимой неизменной кружкой «Маленький босс», от которой исходил терпкий аромат кофе. Шеннон улыбался своему айфону, который, судя по задорному огоньку в глазах дяди, прислал приятное сообщение от пышногрудой красотки.
— Шен, — прохрипела я с видом умирающего лебедя. – Можешь сделать мне чай?
— Конечно, Джесс, — спохватился он. – Что-то я сразу не подумал, прости старика.
Я наблюдаю, как он ставит кружку на столик, телефон утопает в бездне кармана широких треников.
— А можешь положить лимончик? – в той же жалостливой манере спросила я.
— Всё что захочешь, — душевно заверил меня Шеннон.
— И мёда. И водки.
— Водки? – он вопросительно посмотрел на меня, недоверчиво вздернув брови.
— Вот столько, — я показала ничтожное расстояние между указательным и большим пальцами. – Это полезно. Для горла, — в доказательство своих слов я зашлась надрывным кашлем.
— Хорошо, — сдался Шеннон, с жалостью глядя на больного ребенка. – Только если чуть-чуть.
— Раз ты согласен, то чай можешь не добавлять. Просто водка, лимон и мёд, — я хитро улыбнулась.
— Джесси, — с осуждением тянет дядя уже на пути к кухне.
Горячая кружка приятно обжигает ладони, а сладкий чай с чуть различимой кислинкой смягчает саднящее от кашля горло. Счастливо шмыгая носом, я делаю маленькие глоточки, благодарно поглядывая на Шеннона.
— Как мало ребенку для счастья надо, — заметил он, перехватив один из таких взглядов.
— Ага, — я блаженно улыбнулась, ошпарив нёбо.
Послышались шаги по дорожке, а потом в дом зашел Джаред. Дежурно кивнув нам, он быстро прошел мимо, но не дойдя до лестницы, резко затормозил, словно вспомнил что-то важное и дал ход спиной назад. Словно пленку отмотали.
— Не понял, — голубые глаза остановились на мне.
— Я заболела, — просипела я.
— Вчера же нормально всё было, — папа недоверчиво нахмурился.
— Это было вчера, — привела весомый довод я. – А сегодня я ходячая бацилла.
Закусив губу, Джаред несколько секунд смотрел на меня, а затем, вылупив глаза, сорвался с места и сиганул по лестнице. Волосы аж развеваются.
— Что это с ним? – с недоумением спросила я.
— Без понятия, — Шеннон, не отрываясь от телефона, пожал плечами.
Спустя три моих жестких чиха, почти допитого чая и серию «Эй, Арнольд!», вернулся Джаред. В домашних трениках, заношенном свитере, тапках и медицинской маске.
— Пап, это неуважение к болеющим! – я обвинительно ткнула пальцем в его сторону. – Я, между прочим, страдаю.
— Это профилактика, — Джаред стороной, на расстоянии обошел меня и сел в кресло. – Я не хочу заболеть.
— Ага, а на больного ребенка тебе плевать? – кашлянув, ехидно поинтересовалась я. – Давай, снимай свою маску и лечи меня.
— Не-не, Джесс, пусть так сидит, — Шеннон испуганно округлил глаза. – Лучше он дальше будет тебя не уважать, чем подхватит простуду. Джей такая задница, когда болеет.
— Вот, послушай дядю, он плохого не скажет, — согласился с братом Джаред.
— Даже когда он учил меня русским матам? – насмешливо напомнила я.
— Это совсем другое дело, — папа строго посмотрел на меня. – Ты температуру мерила?
Едва он спросил, меня начал бить озноб. Заметив, как я зябко кутаюсь в плед, Шеннон подошел ко мне и приложил ладонь к моему лбу. Рука у него оказалась на удивление прохладной.
— Джей, у мелкой жар, — он с тревогой посмотрел на брата. – У тебя есть лекарства?
— Вроде есть. Посмотри на кухне, в нижнем ящике, — Джаред забрался с ногам в кресло.
— А ты не боишься заболеть? – я, задрав голову, снизу посмотрела на Шеннона.
— Не боюсь, мелкая, — он забавно сморщил нос. – Зараза к заразе не липнет.

День спустя
Скрестив руки на груди, Джаред стоит напротив дивана. Волосы собраны в узел на голове, лицо закрывает новая маска(он меняет их каждые три часа), отчего глаза кажутся светлее.
— За что мне такое наказание? – неизвестно у кого спросил он.
Мы с Шенноном, синхронно шмыгнув носами, пожали плечами.
— Пап, мне холодно, — прогундосила я.
— Носки надень.
— Уже, — я высунула ногу из-под пледа, продемонстрировав его теплые носки с начесом.
Джаред недобро сузил глаза, словно собрался меня отругать, но передумал.
— У меня все суставы болят, — промямлил Шеннон. В уголке рта, в такт словам, подрагивает термометр. – Прям крутит, выворачивает.
— Старикашка, — презрительно фыркнула я. Из ноздри вылетела сопля, которую я поспешно вытерла рукавом под уничтожающий взгляд дяди. – Пап, ты будешь нас лечить?
— Не будет, — Шеннон отрицательно покачал головой. – Мелкий привык, что с ним всё время нянькаются.
— Я же умру! – застонала я. – Боже, мне так плохо.
— И мне! – подключился дядя. – Я умираю.
С абсолютно непроницаемым лицом Джаред достал из кармана свой блекберри. Мигом заткнувшись, мы с дядей смотрели на него во все глаза, шумно дыша забитыми носами.
— Привет, Томо. Извини, что отрываю, — папа покосился на нас. – Но тут ЧП, ты нам нужен. Ага. Всё, давай, жду.
— Вот гаденыш, хорвату нас спихнет, — с восхищением проговорил Шеннон. – Братец, хитрожопости тебе не занимать.
— Я вас люблю, а не ваши сопли, — Джаред брезгливо сморщился.
Запыхавшийся Томо застал, как мы с Шенноном вяло толкаемся, пытаясь выгнать кого-нибудь за бумажными полотенцами, потому что мои сопли, пущенные чихом, висели на столике, словно сосулька. Одного взгляда на наши распухшие носы, горящие щеки и маску Джареда хватило ему, что бы понять, что за ЧП произошло.
— Я на кухню, приготовлю вам бульон, — Томо закатал рукава толстовки. – Джей, у тебя есть курица?
Папа неопределенно передернул плечами.
— Ты его новую подружку видел? – гнусаво захихикал Шеннон. – Конечно, есть.
Джаред метнул на него такой гневный взгляд, что бедный дядя закашлялся.
— Да, есть, — вмешалась я. – В морозилке грудка.
— Хорошо. Ждите, страдальцы мои.
— И перчика добавь, — попросила я. – Чтобы до самой жопы пробрало.
— Не учи меня готовить, мелкотня.
Минут через двадцать, когда я клевала носом, а Шеннон спал у меня на плече, в гостиной появился Томо:
— Скоро будет готово, потерпите немного. А ещё я нашел согревающую мазь, — он повертел в длинных пальцах маленькую синюю баночку. – Можно натереть грудь и спину.
— Натереть? – сонно встрепенулся Шеннон. – Да, натрите меня всего.
Томо перевел смущенный взгляд на меня:
— Джесси?
— Не дамся! – я прижала плед к груди. – Из-за вас у меня нет никакой личной жизни, хоть сиськи оставьте в покое!
— Да брось, мелкая, — добродушно прогудел Шеннон. – Мы же тебе как отцы.
Мой родной отец без всякого интереса следит за разговором, словно всё это его не касается.
— Папа, — жалостливо просипела я, обращаясь к нему за поддержкой.
— А что папа? – он равнодушно пожал плечами. – Я не доктор.
— Умру, но не дамся, — твердо заявила я и добавила. – Ироды.
После горячего ароматного бульона Томо внутри потеплело и стало легче дышать. Только спать захотелось ещё больше. Шеннон откровенно балдел лежа на диване, выгнав меня в кресло, отчего Джаред с опаской жался к выходу, словно я могу взорваться в любой момент. От дяди удушливо несло эвкалиптом и ментолом.
— Всё, зайка моя, тебе пора спать, — Томо подошел ко мне и заботливо погладил по спутанным волосам, которые я не расчесывала дня два.
— Можно я ещё посижу? – устало попросила я.
— Нет, моя хорошая, — мягко отказал он. – Тебе нужно много спать, чтобы ты набралась сил.
Легко, словно я ничего не весила, Томо поднял меня на руки. Я уснула ещё по пути в мою комнату, вдыхая исходящий от него аромат выпечки и чего-то домашнего, родного и теплого.

Читать дальше/Обсудить на форуме

Поделиться: